ОЧЕРК ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ

БОРЬБА ЗА АКАДЕМИЧЕСКУЮ АВТОНОМИЮ

 

“ В МВТУ управление всё время было в руках совета из профессоров и преподавателей технического училища. Это, так сказать, остатки академической автономии, которая продолжалась до 1922 года.”.

Из показаний И.А. Калинникова,

последнего выборного ректора МВТУ, на процессе “Промпартии”.

“С первых же дней советской власти МВТУ реорганизовано в передовую техническую школу широкого профиля” - такую версию событий предлагает читателю Большая Советская Энциклопедия 1951 года.

Юбилейная книга “Сто лет МММИ” рассказывает немного по-другому: “...неслучайно, что бывшее ИТУ в продолжение первых лет советской власти фактически оставалось во главе черносотенцев. Глава Училища - контрреволюционер Калинников ( осуждён по процессу промпартии ), его сподвижники Астров ( расстрелян за контрреволюционную работу ), Ясинский ( белоэмигрант ), Чарновский, Рамзин, Федотов и другие были “руководителями и идеологами МВТУ тех лет.”

Сколько же продолжались “те годы”, если реформировано МВТУ было с первых дней? На этот вопрос можно получить ответ в другой книге: “...в 1921 году, то есть через четыре года после начала победного шествия Октября, коридоры и залы МВТУ слышали ещё пение “боже царя храни”. Больше того, даже в 1932 г., когда страна героически восстанавливала народное хозяйство, в этих коридорах и залах находилось немало барчуков в форменных фуражках и тужурках с погонами старого императорского училища.”

Трудно поверить в пение старого гимна в стенах Училища после того, как мы узнали об отношении его к падению царизма. Хотя, возможно, это было одной из форм доступного протеста против происходивших в стране событий. Достоверно известно, что в том же 1921 году умершего Николая Егоровича Жуковского отпевали в церкви Училища - значит, церковь ещё действовала. Так же известно, что среди ста семидесяти семи выпускников Училища 1921 года был один член ВКП(б). Фактически окончанием завоевания МВТУ новой властью можно считать 1923 год, то есть борьба за академическую автономию продолжалась шесть лет.

Попробуем представить себе цели и методы сторон в этой борьбе. Мы уже видели в резолюциях съездов 1918 года тактику инженеров: стремиться не допускать вмешательства извне в дела автономной школы, однако позицию занимать сугубо оборонительную, так же не вмешиваясь в дела государственной власти. Очень важно при этом вспомнить, что борьба за академическую автономию не явилась реакцией именно на Советскую власть: она велась с переменным успехом с начала века, её необходимость обосновывалась в проектах реформы высшего технического образования периода 1914-1916 годов. Нет причин поэтому говорить о контрреволюционности данной борьбы в начале двадцатых, равно как и о её революционности в 1905-1917. Даже решения новой власти об уничтожении учёных степеней, званий и самих дипломов о высшем образовании не вызвали появления в среде преподавателей МВТУ каких-либо политических лозунгов, а лишь - стремление выжить и продолжать обучать инженеров.

А вот позиция власти по сравнению с первыми месяцами её существования претерпевает существенные изменения. После окончания Гражданской Войны государственная стратегия коренным образом меняется. Непосредственное введение коммунизма признано преждевременным, в связи с чем вырабатывается новая экономическая политика ( НЭП ).Одна из сторон этой политики - восстановление промышленности, практически полностью разрушенной в предшествующие годы. И приходится признать, что возрождение заводов и фабрик, шахт и железных дорог невозможно без инженеров.

Проблема заключается в том, что знаменитая кухарка, которая может и должна управлять государством, оказывается не в состоянии построить паровоз ( если, разумеется, этот паровоз должен ездить ). Власти приходится терпеть необходимость работы со “старыми” специалистами ввиду отсутствия новых, однако это состояние не должно продолжаться долго. Именно поэтому столь пристальное внимание начинает уделяться завоеванию высшей школы, которая, оказывается, до сих пор пытается жить по своим законам. Нет уже речи о ненужности образования, но насущной задачей становится его реформирование. Цели этой реформы формулирует М. Покровский в письме к съезду студенческих комячеек:

“Высшая школа должна быть пролетарской. Это значит, во-первых, что она должна существовать для пролетариата - что рабочему должно быть отведено в ней лучшее место, и что интересы рабочего класса она должна обслуживать в первую голову. Это значит, во-вторых, что органы пролетарской власти должны иметь полный и безусловный контроль над всем, что делается в стенах высшей школы, и что органы управления этой последней должны быть пропитаны этими элементами до пределов возможности.”

Тут же приводятся основные направления необходимой реформы высшей школы:

  1. “Наступает момент, когда реформа высшей школы становится делом не программы, а тактики, делом текущего момента.
  2. Условия момента требуют участия высшей школы в создании основ социалистического хозяйства.
  3. Условием разрешения этой задачи является милитаризация высшей школы.
  4. Милитаризация, как средство, не должна закрывать от нас основной цели всей работы - пролетаризации высшей школы.
  5. Но она должна обусловить организационные приёмы и методы нашей работы - мы должны стараться действовать с максимальной быстротой и энергией при минимальном отклонении в сторону от основных задач.
  6. Мы должны поэтому отложить до лучших дней всё не абсолютно необходимое, как то: реформу преподавания общественно-гуманитарных наук и т.п.”

Суммируя всё вышесказанное: “Советская власть стремится дать автономию школы, но школы преобразованной. Границы автономии должна поставить не школа, но общество и только тогда, когда школа будет образом и подобием общества, она может быть вполне свободной и автономной.”

Сформулировав цели и план работы, власть начинает действовать. В апреле 1920 устанавливаются “Основные положения реформы высшей технической школы”, которыми определяются трёхлетний срок обучения и методы преподавания. МВТУ вынуждено пересмотреть свои учебные планы, однако в три года уложить все читаемые курсы не удаётся. Училище составляет четырехлетний план, по поводу чего происходят конфликты с вышестоящими инстанциями, которые в конце концов решают разом покончить с остатками академического вольнодумства, поставив во главе МВТУ лиц с правильным мировоззрением.

И тут происходит событие удивительное, кажущееся по прошествии более семидесяти лет совершенно невероятным: в ответ на приказ о смене руководства Московское Высшее Техническое Училище в полном составе, от студентов до ректора, объявляет забастовку. Это был тысяча девятьсот двадцать первый год. Давно ушли в прошлое стачки на промышленных предприятиях, многочисленные в году восемнадцатом. Уже разгромлены армии Колчака и Деникина, и вдруг - сопротивление со стороны учебного учреждения.

Вот как рассказывает об этом Иван Андреевич Калинников:

“ Я был последним выборным ректором на два года: 1920-1921 и 1921-1922. Когда, по окончании первого года Главпрофобр уволил меня от ректорства и должности председателя правления, я открыто не подчинился и перенёс этот вопрос на заседание совета училища. Совет училища единодушно вынес в виде протеста решение прекратить ведение учебных занятий в училище. Небывалое в жизни высшей школы событие - прекращение занятий всей профессорско-преподавательской коллегии вызвало быстрое сочувствие студенчества. Студенты после выступления представителей совета единодушно поддержали профессорскую коллегию и прекратили ученье, объявив забастовку до восстановления меня в должности .”

Самое удивительное в данной истории - то, что выступление Училища окончилось...победой. В это трудно поверить, однако требования забастовщиков были приняты, И.А. Калинников оставлен в должности, а деятелям Главпрофобра, спровоцировавшим забастовку, строго поставлено на вид за “неспособность справиться с возложенной на них задачей.”

Вместо ректора МВТУ от должности отстраняется заведующий отделом высших учебных заведений Главпрофобра Герштейн, а нарком А. В. Луначарский: выступил в печати со статьёй, в которой говорится:

“Большинство наших профессоров в политическом отношении либо беспартийные обыватели, либо кадеты или сторонники ещё более правых партий. Тем не менее Рабоче-Крестьянская Республика вынуждена использовать их знания и старается установить с ними такие отношения, при которых ход учебной жизни и развитие науки в России не прерывались бы. В тех случаях, когда профессура сама совершает поступки, нарушающие учебную и научную жизнь, Советская Власть в лице Наркомпроса и Главпрофобра сумеет призвать их к порядку.”

Через год Главпрофобр снова объявляет о назначении ректора МВТУ вопреки мнению преподавательской коллегии. И Училище вновь объявляет забастовку, отношение к которой со стороны властей будет уже совершенно другим. Не только удовлетворение требований, но никакой компромисс уже не представляется возможным. Делом о конфликте с Училищем занимаются высшие руководители государства, начиная с Ленина, который двадцать первого февраля 1922 года пишет записку Л.Б. Каменеву и И.В. Сталину:

“P.S. Надо вызвать в “Правде” и “Известиях” дюжину статей на тему “Милюков только предполагает.”

Если подтвердится , уволить 20-40 профессоров обязательно.

Они нас дурачат.

Обдумать, подготовить и ударить сильно.”

И в “Правде” появляются статьи под заголовками: “Кадеты за работой”, “Заговор касты против рабочего класса” и, разумеется, “Милюков только предполагает.” Благодаря этим статьям мы можем сегодня не только восстановить ход событий во время этой второй забастовки, но и познакомиться с позициями участников конфликта.

“Профессора ВУЗ ведут бешеную компанию против Советской власти. Они бойкотируют членов преподавательской и профессорской коллегии, не согласны с большинством. Дирижируют этим профессорским оркестром кадеты из парижских “Последних новостей.”

В конце декабря Главпрофобром было назначено правление ВУЗа из кандидатов, рекомендованных профессорско-преподавательской коллегией, общестуденческим собранием, профсоюзом и местным Советом. Во главе собрания поставлен Тищенко, профессор того же Высшего Технического Училища, поддерживаемый большинством студенческой массы.

Профессора поднимают бешеную компанию против этого правления. Вовлекая в неё целый ряд виднейших специалистов, работающих уже давно и честно с Советской властью.

Главпрофобр идёт на компромисс, соглашается на утверждение ректором кандидата, выдвинутого профессорской коллегией и на назначение Тищенко проректором.

Они выдвигают требование предоставления им большинства в правлении с тем, чтобы вся административная и хозяйственная жизнь Училища оставалась в их руках. Их способ воздействия на Советскую власть - отказ от всех административных должностей, отзыв из правления ( состоящего из пяти человек ) 2-х своих представителей, отзыв декана и секретарей. Деканы, в том числе видные работники различных главков ( Круг, Велихов, Бочвар, Куколевский ), заявляют о том, что они бросают работу. Профессорская коллегия объявляет бойкот своему же члену, преподавателю с 1905 года, профессору с 1913 года, проректору Московского Технического Училища в 1917 году, крупному учёному и организатору - за измену профессорской дисциплине и за принятие назначения Главпрофобра.

Профессорская “дисциплина” оказывается при этом почище всякой партийной дисциплины. Осмеливающихся протестовать членов преподавательской и профессорской коллегии подвергают немедленному отлучению от профессорской ( читай кадетской ) церкви, подвергают бойкоту и т.п.

Новое правление, оставшееся пока в составе только трёх человек ( профессор Тищенко - беспартийный, инженер Цудик - коммунист и студент представленный от общего собрания - беспартийный ), приступило вплотную при поддержке всей студенческой массы к работе.”

Вот постановление общего собрания профессорско - преподавательской коллегии МВТУ от 13 февраля 1922 года:

“При создавшихся условиях, то есть при существующем составе правления и при объявленном преподавательской коллегией бойкоте исполняющего обязанности ректора Тищенко и вынужденном отзыве деканов, секретарей факультетов и прочих должностных лиц, занятия в весеннем семестре сего года не могут быть начаты.”

Шестнадцатого февраля проходит общее собрание рабочих и служащих Училища, которое единогласно “заявляет своё возмущение позицией преподавательской коллегии, объявившей забастовку.”

Возможно, преподаватели рассчитывали вновь отстоять свой мнение. Тем более, что даже из весьма не дружественных по отношению к ним статей мы видим: профессора вели забастовку, оставаясь при этом видными работниками главков, то есть - продолжая работать на высоких постах в промышленности. И ни малейших обвинений в недобросовестной их работе на этом поприще в тот момент не возникало. Требования академической автономии вовсе не означали смену существующего строя, а сводились к необходимости управления ВУЗом не студентами и не дворниками, а - преподавателями.

Однако, обстановка в стране за год изменилась, как внешняя, так и внутри Училища. Если первую забастовку студенты единодушно поддержали, то теперь общестуденческое собрание МВТУ восемнадцатого февраля после шестичасовых дебатов принимает следующую резолюцию:

“Избранные профессурой методы борьбы при настоящих условиях в виде отсрочки начала занятий и перерыва таковых являются вредными для студенчества, и поэтому собрание просит профессорскую коллегию в ближайшее же время приступить к работе, не предрешая вопроса о новом уставе ВУЗ.”

На язык газеты “Правда” это переведут следующим образом: “Общестуденческая сходка высш. Техн. Училища довольно единодушно от коммунистов до меньшевиков включительно осудила милюковскую авантюру г.г. Калинниковых, Кругов и к-о.”

Забастовка, привлекшая внимание высших руководителей государства, заканчивается поражением. Директором МВТУ становится профессор Матвей Григорьевич Лукин, однако - уже по назначению. Таким образом выборность руководителей Училища продолжалась только семнадцать лет, и было их всего пять, считая вынужденные выборы 1919 года. После смерти М.Г. Лукина в 1923 году директором назначают человека, к МВТУ отношения не имевшего. Забастовок при этом уже не происходит. С этого момента начнётся наконец планомерное и серьёзное завоевание Училища новой властью.

Борьба за внешнюю автономию высшей школы не могла окончиться победой. Невозможно и неразумно обвинять ни царское, ни временное, ни советское правительства в том, что они старались подчинить своей воле крупнейшее высшее техническое учебное заведение страны. Но так же необоснованны и политические обвинения в адрес профессоров и преподавателей: академическая автономия представлялась им необходимой лишь для того, чтобы с максимальным, не зависящим от политической конъюнктуры, успехом давать обществу молодых образованных инженеров, передавая им своё убеждение в необходимости созидательной работы в любых обстоятельствах и при любых режимах.

Режим будет изменяться ещё не раз, однако в любых условиях в Училище найдутся люди, которые будут продолжать добиваться именно таких целей, как бы тяжело это порой не было.

[ ПРЕДЫДУЩИЙ ] [ ОЧЕРКИ ] [ ГЛАВНАЯ ] [ СЛЕДУЮЩИЙ ]
www.shtory.ua/figurnye-lambrekeny

>nissan-ask.com.ua
https://nissan-ask.com.ua>nissan-ask.com.uanissan-ask.com.ua<>nissan-ask.com.uahttps://nissan-ask.com.ua>nissan-ask.com.uanissan-ask.com.uanissan-ask.com.uahttps://nissan-ask.com.ua>nissan-ask.com.uanissan-ask.com.ua<>nissan-ask.com.ua
https://nissan-ask.com.ua>nissan-ask.com.uanissan-ask.com.ua<
https://showroom-kiev.com.ua